Бесплатная консультация юриста
Круглосуточно
Звоните сейчас!
+7 (499) 322-26-53

Протокол не регламентирован в упк рф

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с ЗАО "Сбербанк-АСТ". Слушателям, успешно освоившим программу выдаются удостоверения установленного образца.

В рамках круглого стола речь пойдет о Всероссийской диспансеризации взрослого населения и контроле за ее проведением; популяризации медосмотров и диспансеризации; всеобщей вакцинации и т.п.

Программа, разработана совместно с ЗАО "Сбербанк-АСТ". Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.

Обзор документа

Определение Конституционного Суда РФ от 5 февраля 2015 г. N 235-О "По жалобе гражданина Авчинникова Алексея Анатольевича на нарушение его конституционных прав положениями статей 195 и 198 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации"

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи Ю.М. Данилова, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданина А.А. Авчинникова, установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.А. Авчинников оспаривает конституционность следующих положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации:

положений статьи 195 "Порядок назначения судебной экспертизы", согласно которым следователь, признав необходимым назначение судебной экспертизы, выносит об этом постановление; судебная экспертиза производится государственными судебными экспертами и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями; следователь знакомит с постановлением о назначении судебной экспертизы подозреваемого, обвиняемого, его защитника, потерпевшего, его представителя и разъясняет им права, предусмотренные статьей 198 данного Кодекса; об этом составляется протокол, подписываемый следователем и лицами, которые ознакомлены с постановлением;

части первой статьи 198 "Права подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля при назначении и производстве судебной экспертизы", согласно которой при назначении и производстве судебной экспертизы подозреваемый, обвиняемый, его защитник, потерпевший, его представитель вправе знакомиться с постановлением о назначении судебной экспертизы, заявлять отвод эксперту или ходатайствовать о производстве судебной экспертизы в другом экспертном учреждении, ходатайствовать о привлечении в качестве экспертов указанных ими лиц либо о производстве судебной экспертизы в конкретном экспертном учреждении, ходатайствовать о внесении в постановление о назначении судебной экспертизы дополнительных вопросов эксперту, присутствовать с разрешения следователя при производстве судебной экспертизы, давать объяснения эксперту, знакомиться с заключением эксперта или сообщением о невозможности дать заключение, а также с протоколом допроса эксперта.

Как следует из представленных материалов, 11 февраля 2008 года следователем было вынесено постановление о назначении физико-химической судебной экспертизы наркотических средств, изъятых в ходе проверочной закупки, произведенной в связи с подозрением в причастности А.А. Авчинникова к незаконному сбыту наркотических средств. Экспертиза была проведена 13-26 февраля 2008 года, при этом протоколы ознакомления заявителя и его защитника с постановлением о назначении экспертизы и с заключением эксперта были составлены только 25 сентября 2008 года, т.е. спустя семь месяцев.

Все это время А.А. Авчинников находился под стражей. В протоколе ознакомления с постановлением о назначении экспертизы и в протоколе ознакомления с заключением эксперта он в присутствии адвоката указал, что знакомится с текстами протоколов повторно и замечаний не имеет (в приложенных к жалобе А.А. Авчинникова в Конституционный Суд Российской Федерации материалах отсутствуют сведения о том, когда он знакомился с протоколами в первый раз).

Приговором Приморского районного суда города Санкт-Петербурга от 9 декабря 2010 года А.А. Авчинников был признан виновным в неоднократном незаконном сбыте наркотических средств организованной группой в особо крупном размере (пункты "а", "г" части третьей статьи 228.1 УК Российской Федерации в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года N 162-ФЗ) и в покушении на совершение этого преступления и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 12 лет без штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

При рассмотрении уголовного дела в суде А.А. Авчинников, не ставивший вопрос о назначении повторной или дополнительной экспертизы, обращался к суду с ходатайством о признании заключения экспертизы недопустимым доказательством, обосновывая это несвоевременным ознакомлением с постановлением о ее назначении. В удовлетворении данного ходатайства ему было отказано со ссылкой на то, что часть третья статьи 195 УПК Российской Федерации не предусматривает конкретные сроки ознакомления обвиняемого (подозреваемого) с постановлением о назначении экспертизы.

Суды второй и надзорной инстанций не усмотрели нарушений этой статьи в деле заявителя (кассационное определение Санкт-Петербургского городского суда от 27 июня 2011 года; постановления судей Санкт-Петербургского городского суда от 13 февраля 2012 года и Верховного Суда Российской Федерации от 16 мая 2012 года; ответ заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации от 1 ноября 2013 года), равно как и органы прокуратуры, куда он также обращался с жалобой. В частности, в кассационном определении отмечалось, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания недопустимыми доказательствами заключений судебно-химических экспертиз, которые были проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

По мнению заявителя, оспариваемые законоположения противоречат статьям 2, 15 (части 1 и 2), 17 (части 1 и 2), 18, 19 (части 1 и 2), 24 (часть 2), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 49, 50 (часть 2), 55 (часть 3), 118 (часть 2), 123 (часть 3) и 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, они допускают возможность ознакомления обвиняемого и его защитника с постановлением о назначении экспертизы после ее проведения – вопреки правовому смыслу этих норм, выявленному в решениях Конституционного Суда Российской Федерации.

2. Конституция Российской Федерации гарантирует государственную защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1).

В соответствии с названным конституционным требованием в уголовно-процессуальном законе закреплены в качестве принципов уголовного судопроизводства охрана прав и свобод человека и гражданина, обязанность суда, прокурора, следователя, дознавателя разъяснять подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, а также другим участникам судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав (часть первая статьи 11 УПК Российской Федерации), а также право обжалования процессуальных действий (бездействия) и решений суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания и дознавателя (часть первая статьи 19 УПК Российской Федерации).

2.1. Вопрос о нарушении конституционных прав и свобод положениями статей 195 и 198 УПК Российской Федерации ранее уже рассматривался Конституционным Судом Российской Федерации (определения от 18 июня 2004 года N 206-О, от 25 декабря 2008 года N 936-О-О, от 13 октября 2009 года N 1161-О-О, от 20 октября 2011 года N 1386-О-О, от 25 января 2012 года N 32-О-О, от 11 мая 2012 года N 682-О, от 29 мая 2012 года N 1021-О и N 1022-О, от 17 июня 2013 года N 1005-О и др.).

Так, в Определении от 18 июня 2004 года N 206-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что ознакомление с постановлением о назначении судебной экспертизы подозреваемого, обвиняемого, его защитника должно быть осуществлено до начала производства экспертизы, в противном случае названные участники процесса лишаются возможности реализовать связанные с назначением экспертизы и вытекающие из конституционных принципов состязательности и равноправия сторон права, закрепленные статьей 198 УПК Российской Федерации, и что соответствующее требование части третьей статьи 195 данного Кодекса распространяется на порядок назначения любых судебных экспертиз, носит императивный характер и обязательно для исполнения следователем, прокурором и судом на досудебной стадии судопроизводства во всех случаях.

Опираясь на приведенные правовые позиции, Конституционный Суд Российской Федерации в ряде решений сформулировал следующие выводы:

часть первая статьи 198 УПК Российской Федерации, как следует из ее содержания, имеет целью обеспечение права подозреваемого, обвиняемого на защиту и предполагает – в системной связи со статьей 45 Конституции Российской Федерации, а также статьей 19 и частью третьей статьи 195 данного Кодекса – обязанность органов и должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство, разъяснить предусмотренные в ней права и обеспечить их реализацию, а потому не может рассматриваться как нарушающая права заявителя, гарантированные статьями 24 (часть 2) и 45 Конституции Российской Федерации;

часть первая статьи 198 данного Кодекса, предусматривая право подозреваемого, обвиняемого и его защитника знакомиться с постановлением о назначении судебной экспертизы, тем самым обеспечивает участникам уголовного судопроизводства условия для защиты своих или представляемых интересов как при производстве данного следственного действия, так и при проведении предварительного расследования и судебного разбирательства по уголовному делу в целом; данная норма в единстве с другими положениями этой статьи, а также статьями 47, 159, 195, 204 и 206 того же Кодекса, регламентирующими порядок производства судебной экспертизы и права участников судопроизводства, предполагает обязанность органов и должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство, предъявить обвиняемому и его защитнику постановление о назначении экспертизы и разъяснить связанные с ее проведением права до начала производства экспертизы, обеспечивая тем самым их реализацию на началах состязательности и равноправия сторон;

ознакомление подозреваемого, обвиняемого с постановлением о назначении экспертизы после ее производства должно расцениваться как недопустимое нарушение права на защиту, принципа состязательности и равноправия сторон (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2006 N 288-О, от 20 февраля 2007 года N 154-О-О и от 15 ноября 2007 года N 762-О-О).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 21 декабря 2010 года N 28 "О судебной экспертизе по уголовным делам" разъяснил, что подозреваемый, обвиняемый и их защитники, равно как и потерпевший, должны быть ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы до ее производства; в том случае, если лицо признано подозреваемым, обвиняемым или потерпевшим после назначения судебной экспертизы, оно должно быть ознакомлено с этим постановлением одновременно с признанием его таковым, о чем составляется соответствующий протокол (пункт 9).

2.2. Приведенные правовые позиции были восприняты федеральным законодателем, который, изложив в Федеральном законе от 4 марта 2013 года N 23-ФЗ "О внесении изменений в статьи 62 и 303 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" часть первую статьи 144 УПК Российской Федерации в новой редакции, предусмотрел возможность производства судебной экспертизы в стадии возбуждения уголовного дела (в которой подозреваемый, обвиняемый как субъекты уголовного судопроизводства, как правило, отсутствуют), а Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 432-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях совершенствования прав потерпевших в уголовном судопроизводстве" внес в часть третью статьи 195 и часть первую статьи 198 названного Кодекса изменения, в соответствии с которыми потерпевший и его представитель имеют те же права, что и подозреваемый, обвиняемый и их защитник, в частности право на ознакомление с постановлением о назначении судебной экспертизы.

По смыслу названных законоположений, подозреваемый, обвиняемый и их защитник не могут не быть ознакомлены с постановлением о назначении судебной экспертизы и с соответствующим заключением эксперта – за исключением случаев, когда для этого нет объективной возможности, а именно когда подозреваемый, обвиняемый не установлены. Если же органам предварительного расследования конкретное лицо, причастное к преступлению, известно, этому лицу должна быть во всяком случае предоставлена возможность реализовать весь комплекс прав, в том числе при производстве судебных экспертиз. Иными словами, ознакомление подозреваемого, обвиняемого, его защитника с постановлением о назначении экспертизы до начала ее производства – при отсутствии объективной невозможности это сделать – является обязательным.

Читайте также:  Оформить ипотеку в сбербанке условия

Несоблюдение же при назначении и производстве экспертизы предусмотренных статьей 198 УПК Российской Федерации прав названных участников уголовного судопроизводства может быть предметом как прокурорской, так и судебной проверки по их жалобам (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июня 2004 года N 206-О).

Кроме того, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (статьи 47, 53, 119-122, часть первая статьи 206, статьи 207 и 283) обязывает следователя предъявить подозреваемому, обвиняемому заключение эксперта и разъяснить ему право ходатайствовать о назначении дополнительной либо повторной судебной экспертизы и не ограничивает право подозреваемого, обвиняемого при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта или при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела ходатайствовать о назначении дополнительной судебной экспертизы, а в случаях возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или экспертов – о назначении повторной экспертизы (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 октября 2008 года N 618-О-О, от 13 октября 2009 года N 1313-О-О и от 29 сентября 2011 года N 1209-О-О). Не содержит уголовно-процессуальный закон и положений, предполагающих произвольный отказ в удовлетворении заявленного ходатайства, если обстоятельства, об установлении которых просит сторона, имеют значение для разрешения уголовного дела (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 января 2011 года N 29-О-О), а также положений, освобождающих суд, прокурора, следователя и дознавателя от обязанности исследовать доводы подозреваемого, обвиняемого о признании тех или иных доказательств не имеющими юридической силы и при возникновении сомнений в допустимости или достоверности этих доказательств – отвергнуть их в соответствии с требованиями статей 49 (часть 3) и 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2011 года N 955-О-О, от 20 октября 2011 года N 1423-О-О, от 11 мая 2012 года N 814-О, от 24 сентября 2012 года N 1620-О и др.).

2.3. Таким образом, уголовно-процессуальное законодательство содержит все необходимые правовые механизмы, гарантирующие обеспечение права на защиту подозреваемых, обвиняемых при ознакомлении с постановлением о назначении судебной экспертизы и с соответствующим заключением эксперта, а оспариваемые заявителем законоположения в системе действующего правового регулирования и с учетом правовых позиций, сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации в его решениях, предполагают ознакомление с постановлением о назначении судебной экспертизы подозреваемого, обвиняемого, его защитника до начала производства экспертизы (при отсутствии объективной невозможности это сделать).

Проверка же законности и обоснованности действий и решений следователя при назначении и проведении судебных экспертиз, а также содержащихся в принятых по конкретному делу судебных постановлениях выводов относительно порядка назначения и проведения судебных экспертиз не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Признать жалобу гражданина Авчинникова Алексея Анатольевича не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявителем вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" итогового решения в виде постановления.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д. Зорькин

Обзор документа

Оспаривалась конституционность положений УПК РФ, касающихся назначения судебной экспертизы, а также прав подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля при ее назначении и производстве.

Заявитель указал, что по смыслу, придаваемому на практике, эти нормы допускают ознакомление обвиняемого и его защитника с постановлением о назначении экспертизы после ее проведения.

Конституционные Суд РФ не принял жалобу к рассмотрению, пояснив следующее.

Поставленный вопрос ранее уже исследовался Конституционным Судом РФ. В частности, в своих решениях он указал, что подозреваемый, обвиняемый, его защитник должны быть ознакомлены с постановлением о назначении судебной экспертизы до ее начала. В противном случае эти участники процесса лишаются возможности реализовать права, связанные с назначением экспертизы и вытекающие из конституционных принципов состязательности и равноправия сторон. Соответствующее требование распространяется на порядок назначения любых судебных экспертиз, носит императивный характер и обязательно для исполнения следователем, прокурором и судом на досудебной стадии судопроизводства во всех случаях. Ознакомление подозреваемого, обвиняемого с постановлением о назначении экспертизы после ее производства должно расцениваться как недопустимое нарушение права на защиту, принципа состязательности и равноправия сторон.

Конституционный Суд РФ подчеркнул, что подозреваемый, обвиняемый и их защитник не могут не быть ознакомлены с постановлением о назначении судебной экспертизы и с заключением эксперта, кроме случаев, когда для этого нет объективной возможности (если подозреваемый, обвиняемый не установлены). Если же органам предварительного расследования известно конкретное лицо, причастное к преступлению, то ему должна быть во всяком случае предоставлена возможность реализовать весь комплекс прав, в т. ч. при производстве судебных экспертиз. Иными словами, ознакомление подозреваемого, обвиняемого, его защитника с постановлением о назначении экспертизы до начала ее производства – при отсутствии объективной невозможности это сделать – является обязательным.

Таким образом, оспариваемые нормы предполагают ознакомление с постановлением о назначении судебной экспертизы подозреваемого, обвиняемого, его защитника до начала экспертизы (при отсутствии объективной невозможности это сделать).

юридические науки

  • Маркелов Александр Геннадьевич , кандидат наук, доцент, доцент
  • Кузьмин Юрий Анатольевич , старший преподаватель
  • Чувашский государственный университет имени И.Н.Ульянова
  • Максимов Николай Валерьянович , доцент
  • Чувашский государственный университет имени И.Н. Ульянова
  • УГОЛОВНОЕ ДЕЛО
  • ДОКУМЕНТ
  • УПК РФ
  • ДОКАЗАТЕЛЬСТВО
  • ПРОТОКОЛ
  • СЛЕДСТВЕННОЕ ДЕЙСТВИЕ

Похожие материалы

Протоколы следственных действий по уголовным делам являются самими распространенными процессуальными документами, в которых отражаются факт, ход, содержание и результаты конкретного процессуального действия, в конечном итоге является важных доказательством по уголовному делу. В рассматриваемой статье, автор опираясь на правовые позиции нормативно-правовых актов и следственно-судебную практику, предпринял попытку рассмотреть некоторые закономерности юридических приемов и правил составления отдельных протоколов следственных действий по уголовным делам. Как уже было указано, именно они выступают основой формирования доказательственной базы и в целом составляют их основную массу в уголовном деле. При этом их оформление и использование вызывает наибольшие затруднения и понимания правоприменителя [4, с. 420].

Остановимся на ряде процессуальных особенностей изложения содержания, характерных для некоторых протоколов следственных действий.

Для начало отметим, что протокол в уголовном процессе – это один из основных доказательственных процессуальных документов, составляемый для закрепления хода, содержания и результатов следственного действия, а также для удостоверения выполнения требований УПК РФ, предъявляемых к производству следственного действия (например, разъяснение прав участникам следственного действия, предъявление материалов для ознакомления, уведомление лиц, участвующих в производстве следственного действия, о применении технических средств и т.д.) (ст. 166, 167 УПК РФ).

Составление протоколов о процессуальных действиях в досудебном производстве УПК РФ предусматривается примерно в 50 и более случаях.

Протокол, удостоверяющий обстоятельства и факты, установленные при производстве следственного действия, составленный в порядке, предусмотренном УПК, является согласно п.5 ч.2 ст.74 одним из видов источников доказательств по уголовному делу.

Согласно ст. 166 УПК РФ протокол любого следственного действия составляется в ходе следственного действия или непосредственно после его окончания [11, с. 37].

Протокол может быть написан от руки или изготовлен с помощью технических средств. При производстве следственного действия могут также применяться стенографирование, фотографирование, киносъемка, аудио- и видеозапись. Стенограмма и стенографическая запись, фотографические негативы и снимки, материалы аудио- и видеозаписи хранятся при уголовном деле.

По своей процессуальной форме, в протоколе обязательно указываются:

  1. место и дата производства следственного действия, время его начала и окончания с точностью до минуты;
  2. должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол;
  3. фамилия, имя и отчество каждого лица, участвовавшего в следственном действии, а в необходимых случаях его адрес и другие данные о его личности.

В протоколе описываются процессуальные действия в том порядке, в каком они производились, выявленные при их производстве существенные для данного уголовного дела обстоятельства, а также излагаются заявления лиц, участвовавших в следственном действии [10, с. 223].

В протоколе должны быть указаны также технические средства, примененные при производстве следственного действия, условия и порядок их использования, объекты, к которым эти средства были применены, и полученные результаты. В протоколе должно быть отмечено, что лица, участвующие в следственном действии, были заранее предупреждены о применении при производстве следственного действия технических средств.

Протокол предъявляется для ознакомления всем лицам, участвовавшим в следственном действии. При этом указанным лицам разъясняется их право делать подлежащие внесению в протокол замечания о его дополнении и уточнении. Все внесенные замечания о дополнении и уточнении протокола должны быть оговорены и удостоверены подписями этих лиц [6, с. 131].

Протокол подписывается следователем и лицами, участвовавшими в следственном действии.

К протоколу прилагаются фотографические негативы и снимки, киноленты, диапозитивы, фонограммы допроса, кассеты видеозаписи, чертежи, планы, схемы, слепки и оттиски следов, выполненные при производстве следственного действия, а также электронные носители информации, полученной или скопированной с других электронных носителей информации в ходе производства следственного действия [7, с. 450].

При необходимости обеспечить безопасность потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц следователь вправе в протоколе следственного действия, в котором участвуют потерпевший, его представитель или свидетель, не приводить данные об их личности. В этом случае следователь с согласия руководителя следственного органа выносит постановление, в котором излагаются причины принятия решения о сохранении в тайне этих данных, указывается псевдоним участника следственного действия и приводится образец его подписи, которые он будет использовать в протоколах следственных действий, произведенных с его участием. Постановление помещается в конверт, который после этого опечатывается и приобщается к уголовному делу. В случаях, не терпящих отлагательства, указанное следственное действие может быть произведено на основании постановления следователя о сохранении в тайне данных о личности участника следственного действия без получения согласия руководителя следственного органа. В данном случае постановление следователя передается руководителю следственного органа для проверки его законности и обоснованности незамедлительно при появлении для этого реальной возможности [9, с. 46].

Протокол должен также содержать запись о разъяснении участникам следственных действий в соответствии с УПК РФ их прав, обязанностей, ответственности и порядка производства следственного действия, которая удостоверяется подписями участников следственных действий.

Остановимся более детально на некоторых особенностях составления уголовно-процессуальных документов, характерных для некоторых видов протоколов.

Согласно ст. 190 ч.2 УПК РФ показания допрашиваемого лица записываются от первого лица и по возможности дословно. Само понятие «по возможности дословно» законодатель не определяет. В ранее изданном пособии «Руководство для следователей» было обозначено: записывая показания в протокол допроса, следователь должен точно передать их содержание, сохраняя при этом формулировки и выражения, свойственные речи допрашиваемого, заносить в протокол каждое его слово не обязательно[1].

Читайте также:  Служба в танковых войсках по призыву

Конечно, нет такой необходимости все перепития допроса фиксировать дословно. Устные показания есть не что иное, как разновидность разговорной речи. Показания лица не свободно от простых житейских слов (жаргона, мата, нецензуры) и выражений. Многие, полученные в ходе беседы, сведения не имеют никакого отношения к расследуемому делу. Некоторые лица, передавая сведения следователю, страдают проблемами разговорной речи, ряд допрашиваемых лиц не понимают о чем вообще идет разговор [13, с. 107]. Имеются случаи общения с помощью жестов и мимики. Кроме того, в устных показаниях встречаются повторы, провалы памяти, различные отклонения от темы. Согласно проведенным в Омске исследованиям, в устной речи количество избыточной информации составляет 70% по сравнению с письменной речью [2].

Представляется, что сложившееся положение вещей допроса лица, свидетельствует о необходимости огромного труда органов предварительного расследования, состоящего в обработке текста как технически, так и творчески, в сохранении в письменных показаниях его содержания и занесении его в соответствующий протокол. Здесь мне видится необходимость фиксировать только те важные сведения, которые имеют значение для уголовного дела. Они должны быть понятны и мотивированы, не вызывать никаких сомнений не только у допрашиваемого лица, но и у прокурора и суда. По окончании допроса, следователь должен составить протокол таким образом, чтобы у допрашиваемого лица не возникло никаких вопросов в его подлинности, и полном соответствии его словам [12, с. 433].

Огромное юридическое значение имеет единообразие в названии и цвете одного и того же предмета (документа), исключающее всякую двусмысленность[5, с. 355]. К примеру, если в ходе следственных действий фигурировал кошелек коричневого цвета, то недопустимо указывать его в других процессуальных документах как бумажник или портмоне вишневого цвета. Все это может вызвать сомнение у сторон, которые, как правило, расцениваются в не пользу органов предварительного расследования.

Современная юридическая практика свидетельствует о том, что многие протоколы следственных действий органы предварительного расследования оформляют на разработанных бланках процессуальных документов. В связи с постоянными изменениями и дополнениями УПК РФ, ряд бланков не соответствуют УПК РФ, морально устарели и не соответствуют действующим реалиям. К примеру, согласно ст.170 ч.4 УПК РФ, перед началом следственного действия следователь, в соответствии с частью пятой статьи 164 УПК РФ, разъясняет понятым цель следственного действия, их права и ответственность, предусмотренные статьей 60 УПК РФ. В бланках же ограниваются лишь разъяснением прав и обязанностей [8, с. 82].

Для протоколов обыска и выемки, помимо общих правил их составления, обязательными являются следующие требования, изложенные в ст.182, 183 УПК РФ:

  • В протоколе необходимо указать: где и каким образом обнаружены объекты, в каком они находились состоянии, как хранились, хранилища, в которых обнаружены предметы (тайники), их расположение, размеры и, по возможности, конструкция. В протоколе фиксируются обнаруженное, характер и место расположения следов, а также факт их изъятия. Кроме этого необходимо зафиксировать, выданы ли они добровольно или изъяты принудительно.
  • Проведение в ходе обыска (выемки) предъявления для опознания предметов или документов, если это имело место, должно быть запротоколировано.
  • В протоколе должно быть отмечено, что лицам, присутствовавшим при обыске (выемки), были предъявлены все изымаемые предметы и документы. Несоблюдение этих требований ВС РФ рассматривает как грубое нарушение закона[3].
  • При фиксировании на технический носитель объектов или применении иных технических средств необходимо указать об этом в протоколе с соблюдением правил ст. 166 УПК.
  • В протоколе необходимо отразить факт принудительного вскрытия помещений или хранилищ, вызванного отказом обыскиваемого их открыть.
  • В заключительной части протокола указывается, что изъятые объекты опечатаны, а также способ их упаковки; дается перечень прилагаемых к протоколу схем, слепков, оттисков и т.п.; фиксируются поступившие заявления и жалобы, замечания присутствующих, заявления специалистов и т.п.
  • Если в ходе обыска (выемки) были предприняты попытки уничтожить или спрятать подлежащие изъятию предметы, документы или ценности, то об этом в протоколе делается соответствующая запись и указываются принятые меры.

В своей статье автор высказал лишь часть проблем и рекомендаций по технико-юридическому оформлению доказательственного протокола как следственного действия по уголовному делу. Меняется жизнь, меняется и УПК РФ. Правильно оформленный уголовно-процессуальный документ залог успеха и признания его доказательством по уголовному делу.

Список литературы

  1. Руководство для следователей / Под ред. Н.А. Селиванова, В.А. Снеткова. – М., 1997. – С. 30.
  2. Кальницкая М.В. Запись в показаниях в протоколе допроса // Законодательство и практика. – Омск, 2000. – №2(5). – С. 45.
  3. Бюллетень Верховного Суда РФ – 1997. – №2. – С. 18.
  4. Кузьмин Ю.А. Концептуально-исторические основы института соучастия в преступлении // NovaInfo.Ru. – 2016. – Т. 3. – № 57. – С. 418-422.
  5. Кузьмин Ю.А. Мораль и право (философский аспект) // NovaInfo.Ru. 2016. – Т. 2. – № 57. – С. 353-357.
  6. Маркелов А.Г. О некоторых проблемах применения УПК РФ // Право и государство: теория и практика.- 2008. – №4. – С.131-131.
  7. Маркелов А.Г., Бубнова О.Ю. О некоторых законотворческих ошибках современного УПК РФ // Юридическая техника. 2015. – №9. – С. 449-450.
  8. Маркелов А.Г., Максимов Н.В. Профилактика следственных ошибок в досудебных стадиях уголовного судопроизводства. // Трансформация социальных систем: проблемы и поиски путей решения. Сборник научных трудов по материалам Всероссийской научно-практической конференции (с международным участием). – 2015. – С. 80-84.
  9. Кузьмин Ю.А., Максимов Н.В. Актуальные проблемы противодействия коррупционной преступности // Актуальные проблемы юридической науки: теория и практик. Сборник материалов VIII Международной научно-практической конференции. – 2014. – С. 45-47.
  10. Маркелов А.Г. Судебная реформа и реализация в уголовно-процессуальном законодательстве России: источники и форма // Судебные реформы в России: история и современность сборник статей по материалам Международной научно-практической конференции. – 2014. – С. 222-225.
  11. Маркелов А.Г. Объяснение как доказательство в уголовном судопроизводстве // Уголовный процесс. – 2014. – № 1 (109). – С. 35-39.
  12. Саливаров В.Я., Кузьмин Ю.А. Диспозитивность, а также вопросы прекращения уголовного дела и уголовного преследования в уголовном судопроизводстве // Актуальные проблемы юридической науки и правоприменительной практики сборник материалов 4-й Междунар. науч.-практ. конф. – 2014. – С. 440-444.
  13. Степанов А.Г., Кузьмина Г.П. Право в контексте традиций социально-философского анализа // Вестник Чувашского университета. – 2012. – № 1. – С. 105-109.

Электронное периодическое издание зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), свидетельство о регистрации СМИ — ЭЛ № ФС77-41429 от 23.07.2010 г.

Соучредители СМИ: Долганов А.А., Майоров Е.В.

Одним из важнейших документов, имеющим статус доказательства, отражающим ход судебного процесса и достоверность добытых предварительным следствием и вновь получаемых судом доказательств, является протокол судебного заседания. Статья 83 УПК устанавливает, что протокол судебного заседания допускается в качестве доказательства, если он соответствует требованиям, установленным УПК (то, что протокол является доказательством по делу, прямо указано и в п. 5 ч. 2 ст. 74 УПК). Протокол судебного заседания является строго процессуальным документом, который отражает весь ход судебного разбирательства, способствует постановлению законного и обоснованного приговора в соответствии с доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, и обеспечивает возможность контроля со стороны вышестоящих судебных инстанций за выполнением судом требований закона при рассмотрении уголовных дел.

К сожалению, ныне действующая статья 259 УПК РФ пробельна. В ряде случаев эти пробелы ставят под сомнение законность протокола судебного заседания, не способствуют правильности его составления, во многих процессах сторона защиты ставит под сомнение отраженные в нем как ход судебного разбирательства, так и показания участников процесса. Сложившаяся практика принесения сторонами процесса замечаний на протокол судебного заседания и почти всегда, отклонения их председательствующими судьями, способствует формированию общественного мнения об отсутствии беспристрастности судейского корпуса, о предвзятости судей и несправедливости судебных актов.

Протокол судебного заседания — это то доказательство, которое должно быть безупречно законным, абсолютно достоверным, без тени сомнений в его допустимости. Согласно Конституции РФ (ч. 2 ст. 50) и ч. 1 ст. 75 УПК РФ, использование доказательства, полученного с нарушением федерального закона, запрещено. В частности, запрещают использовать протокол судебного заседания, полученный путем фальсификации, искажения отраженных в нем обстоятельств или не содержащий полноту сведений судебного следствия. Протокол, не отвечающий требованиям достоверности отражения в нем хода судебного заседания, либо содержания показаний участников, достоверным доказательством быть не может.

Качество протокола судебного заседания имеет значение, которое невозможно недооценить, так как он является единственным юридически значимым источником сведений о ходе процесса. В том случае, если в протоколе судебного заседания отражены события в искаженном виде, то в первую очередь, сам председательствующий судья заинтересован в том, чтобы отказать в удостоверении замечаний на протокол судебного заседания, поданных участниками процесса. Таким образом, содержание протокола судебного заседания полностью зависит от одного лица — судьи. Понятно, что такой порядок не обеспечивает правильность и объективность протокола, следовательно, и приговора.

Законодательство и Пленум Верховного Суда о протоколе судебного заседания

Нормы статьи 259 УПК Российской Федерации прямо закрепляют, что: "в протоколе судебного заседания обязательно указываются подробное содержание показаний допрошенных судом лиц, вопросы, заданные допрашиваемым, их ответы, обстоятельства, которые участники судебного разбирательства просят занести в протокол, и заявления, возражения и ходатайства лиц, участвующих в уголовном деле (пункты 6, 10, 11 и 13 части третьей)".

Согласно п. 5 ст. 259 УПК РФ, "если в ходе судебного разбирательства проводились фотографирование, аудио- и (или) видеозапись, киносъемка допросов, то об этом делается отметка в протоколе судебного заседания. В этом случае материалы фотографирования, аудио- и (или) видеозаписи, киносъемки прилагаются к материалам уголовного дела".

В порядке, предусмотренном процессуальным законодательством Российской Федерации (статьи 35, 166 ГПК РФ, статья 24.4 КоАП РФ, статьи 119 — 122 УПК РФ), участники процесса вправе заявить ходатайство о приобщении к делу материалов, полученных в результате фиксации хода судебного разбирательства (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 13.12.2012 N 35 "Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов").

Из приведенных выше норм законодательства следует, что по смыслу уголовно-процессуального закона, аудиозапись судебного заседания должна быть доступна для ознакомления сторонами вместе с протоколом судебного заседания и использоваться судьей при рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания.

Согласно же статье 260 УПК РФ, в течение трех суток со дня ознакомления с протоколом судебного заседания стороны могут подать на него замечания, подлежащие незамедлительному рассмотрению председательствующим; по результатам рассмотрения замечаний на протокол судебного заседания, председательствующим в судебном заседании должно быть вынесено мотивированное постановление об удостоверении их правильности либо об их отклонении, которое вместе с замечаниями приобщается к протоколу судебного заседания. В ч. 3 ст. 260 УПК РФ по поводу замечаний на протокол судебного заседания сказано: "По результатам рассмотрения замечаний председательствующий выносит постановление об удостоверении их правильности либо об их отклонении".

Читайте также:  Состав вторых частей заявок по 44 фз

В случае отказа в удостоверении замечаний к протоколу судебного заседания у сторон возникает вопрос о возможности обжалования такого постановления. Как это сделать? Действующие нормы УПК РФ четкого ответа на этот вопрос не содержат. Однако, руководствуясь общими правилами, регулирующими порядок обжалования решений суда, можно обоснованно прийти к выводу, что такое постановление судьи может быть обжаловано в вышестоящий суд. Это следует из ст. 389.2 УПК РФ, в которой сказано, что решения суда первой инстанции, не вступившие в законную силу, могут быть обжалованы сторонами в апелляционном порядке, включая "определения или постановления о порядке исследования доказательств, об удовлетворении или отклонении ходатайств участников судебного разбирательства и другие судебные решения, вынесенные в ходе судебного разбирательства могут быть обжалованы в апелляционном порядке одновременно с обжалованием итогового судебного решения по делу".

Но у защитников всегда возникает вопрос: чем мотивировать обоснованность своих замечаний? Доводы и утверждения защиты о несоответствии содержания протокола судебного заседания должны подкрепляться надлежащими доводами. Но как это сделать в отсутствии аудиозаписи произведенной непосредственно самим судом, с учетом того, что аудиозапись, произведенная стороной защиты, им игнорируется?! Очевидно, что в отсутствие императивных норм, требующих приобщения и признания аудиозаписи, производимой сторонами в процессе достоверной, практика обжалования и опротестования постановлений судьи об отклонении замечаний на протокол судебного заседания не сложилась и сложиться не могла.

Практика применения в российском уголовном процессе технических средств уже далеко не нова. Например, при проведении следственных действий их практическая польза вполне очевидна. В п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.12.2012 N 35 "Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов" говорится: "При наличии технической возможности судам надлежит осуществлять фиксацию хода судебного разбирательства с использованием средств аудиозаписи и иных технических средств, а в случае недостаточной вместимости зала судебного заседания, в котором проводится слушание дела, осуществлять в здании суда трансляцию хода судебного заседания в режиме реального времени с использованием технических средств. Материалы фиксации хода судебного разбирательства, осуществляемой судом (например, носитель аудиозаписи), приобщаются к делу (часть 1 статьи 230 ГПК РФ, часть 5 статьи 259 УПК РФ)".

Поэтому более чем странно, что такой вид научно-технических средств, как аудиозапись (звукозапись), не используется для фиксации судебного процесса. Тем более что речь идет не об отсутствии соответствующей нормы закона, а о практике ее применения. Звукозаписывающими устройствами оборудовано большинство залов судебных заседаний московских судов и МГС в том числе, о чем неоднократно в средствах массовой информации говорит председатель МГС О. А. Егорова. Однако, в протоколе судебного заседания отметок о применении аудиозаписи, производимой непосредственно судом как не делалось, так и не делается по сей день, а аудиозаписи, производимые защитниками, по-прежнему, игнорируются. Ответ прост: звукозапись — это улика против того, кто в своих (нерасторопность секретаря, недостаток времени, безразличность, и т.д.) или интересах стороны обвинения (скрыть оплошности и недоработки следствия, обвинительный уклон и надуманность обвинения), с целью недопущения вынесения оправдательного приговора или переквалификации на менее тяжкое деяние, фальсифицирует протокол.

По смыслу указанной нормы ст. 260 УПК РФ, процесс рассмотрения поданных замечаний на протокол является одной из форм осуществления правосудия. Однако, практическое следование правилам этой статьи приводит к факту, что эта составная часть правосудия осуществляется председательствующим единолично, без участия сторон, подавших эти замечания. И что самое главное, что судебное решение уже оглашено и принятие или отклонение поданных замечаний лишается всякого смысла и процессуального значения, так как являясь частью процесса суда той инстанции, фиксация хода которого оспаривается сторонами, а принятое решение об отказе в удостоверении замечаний на протокол судебного заседания может быть оспорено только путем подачи апелляционной жалобы на постановление об отказе в удовлетворении замечаний, либо непосредственно при рассмотрении апелляционной жалобы на итоговое решение суда первой инстанции.

Ныне существующая процедура рассмотрения замечаний не только не дает сторонам возможности оценить протокол судебного заседания как достоверное доказательство, на котором должен основываться приговор, но и реализовать установленное ст. 64 и 68 УПК право отвода судьи и секретаря судебного заседания по основаниям наличия искажения или фальсификации протокола.

Конечно, право производить аудиозапись без согласия судьи было большим шагом к гласности уголовного судопроизводства при принятии нового УПК РФ. Однако, ответа на вопрос о правовом значении такой аудиозаписи и возможности ее полноценного использования сторонами процесса не дало.

Рекомендации

На сегодняшний день остро стоит проблема восполнения данного пробела новой нормой, предписывающей, что в ходе любого судебного заседания силами и средствами самого суда должна производиться аудиозапись, используемая затем при составлении протокола судебного заседания. Такая запись должна быть в обязательном порядке приложена к протоколу судебного заседания. В случае принесения замечаний на протокол, судья должен исходить из сделанной аудиозаписи.

Кроме того, ознакомление с протоколом судебного заседания в части фиксации хода судебного заседания до момента окончания судебного следствия и перехода к прениям сторон, должно происходить до прений сторон, замечания к протоколу должны рассматриваться в судебном заседании и решение об удостоверении или отказе в удостоверении должно выноситься до прений сторон. В этом случае установленная достоверность протокола судебного заседания как доказательства будет соответствовать применению норм ст. 88 УПК РФ как в отдельности каждого доказательства, так и их совокупности.

Кроме того, в случае отклонения замечаний на протокол судебного заседания, в законе должно быть указано, что "постановление судьи об отклонении замечаний на протокол судебного замечания может быть обжаловано в апелляционном порядке. При рассмотрении данной жалобы также заслушивается аудиозапись судебного заседания и только на основании этого выносится соответствующее решение".

Безусловно, что такие изменения в уголовно-процессуальный закон могут способствовать удлинению процесса судебного разбирательства, однако он будет способствовать значительному снижению количества судебных ошибок и случаев должностного произвола. При этом, сам приговор будет более мотивированным и обоснованным, что в свою очередь, будет способствовать снижению уровня недоверия граждан к деятельности судов. В конце концов, справедливость и законность приговора нельзя ставить в зависимость от незначительного увеличения времени судебного разбирательства. Что делать? Необходимость изменения законодательства очевидна.

Практика применения, способы борьбы и ошибки

Приведем три значимых выводах, сформулированных в судебной практике:

1) "Постановлением судьи от 21 апреля 2014 года отказано в удовлетворении ходатайства осужденного Ш. об ознакомлении с аудиозаписью судебного заседания суда апелляционной инстанции от 24 марта 2014 года.

В соответствии с ч. 5 ст. 259 УПК РФ, если в ходе судебного разбирательства проводилась аудиозапись, она прилагается к материалам уголовного дела.

В нарушение приведенных выше требований уголовно-процессуального закона осужденному Ш., при наличии соответствующего ходатайства последнего, аудиозапись судебного заседания для ознакомления предоставлена не была, что послужило основанием к отмене постановления и возвращению уголовного дела в отношении Ш. в суд первой инстанции для выполнения требований ст. 259 УПК РФ" ("Обзор апелляционной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда республики Марий Эл за II квартал 2014 года")

2) "Из материалов уголовного дела следует, что осужденные и их защитники были ознакомлены с протоколами судебных заседаний, участниками процесса были принесены замечания на протоколы судебных заседаний, которые рассмотрены в соответствии с положениями ст. 260 УПК РФ, в связи с чем доводы жалоб о том, что протоколы судебных заседаний не отражают должным образом ход судебного разбирательства и содержат неверное изложение показаний допрошенных по делу лиц, являются необоснованными.

Кроме того, согласно материалам уголовного дела, аудиозапись в ходе судебном заседания в порядке части 5 статьи 259 УПК РФ официально не производилась, а запись, которую вела сторона защиты неофициально, не может являться допустимой и использоваться в качестве источника для сравнения, в связи с чем доводы жалоб относительно сравнения печатного текста протокола судебного заседания с аудиозаписью судебного заседания, не могут быть приняты во внимание" (Апелляционное определение Московского городского суда от 06.03.2014 по делу N 10-2008/2014).

3) "В постановлении от 17 августа 2012 года об отклонении замечаний П. на протокол судебного заседания суд указал, что протокол в полной мере отражает происходившее в судебном заседании, при ведении протокола секретарем использовались технические средства записи. Однако в протоколе судебного заседания указания на использование технических средств записи не содержится, носители записи, которые в соответствии с ч. 5 ст. 259 УПК РФ должны прилагаться к материалам дела, к делу не приобщены.

При указанных обстоятельствах обжалуемое постановление подлежит отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, выразившемся в несоблюдении процедуры судопроизводства, повлекшем нарушение процессуальных прав осужденного" (Кассационное определение Ивановского областного суда от 24.09.2012 по делу N 22-2305).

Выводы

Внесение изменений в уголовно-процессуальный кодекс РФ по поводу ознакомления участников процесса с протоколом судебного заседания до прений сторон очень важно и необходимо. Без анализа протокола судебного заседания в рамках конкретного судебного разбирательства в судебном заседании суда первой инстанции, т.е. без возможности употребления участниками процесса всех своих прав, в том числе и возможности осуществления адвокатами защиты интересов подсудимых всеми, не запрещенными законом способами, сделать это невозможно. Такой способ защиты, как ведение в ходе процесса аудиозаписи законом не запрещен, следовательно, он законен. Ныне действующие нормы УПК РФ не дают четко прописанными в законе способами осуществить сторонам процесса его логическое завершение. При подаче замечаний на протокол судебного заседания вынесении судебного решения по этому поводу, судья, принимая решение об удостоверении принесенных замечаний, либо их отклонении, должен руководствоваться сравнительным анализом содержимого протокола судебного заседания с предоставленной стороной процесса аудиозаписью. Это необходимо делать по окончанию судебного следствия, перед прениями сторон, и ни в коем случае на стадии обжалования судебного решения. Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ, судебное решение должно быть законным, мотивированным и обоснованным. Отсутствие указанных действий на стадии принятия судом решения уже ставит законность приговора под сомнение.

Есть небольшая адвокатская хитрость, вполне вписывающаяся в нормы УПК РФ, способная законно закрепить хоть часть показаний свидетелей, которые могут сыграть ключевую роль в стратегии защиты. Согласно п. 5 ч. 4 ст. 56 УПК РФ, свидетель вправе заявлять ходатайства и приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда. Следовательно, он имеет право приносить ходатайство. Если это свидетель защиты, перед его допросом в зале суда, надо попросить его изложить все обстоятельства в письменном виде. После допроса стороной защиты, которая будет допрашивать его первой, ходатайствовать о приобщении его показаний в письменном виде к материалам уголовного дела. Судья не может отказать, хоть его допрос к этому моменту еще не окончится, его должны допрашивать сторона обвинения и может задавать вопросы суд. Но это не может быть основанием отказа в приобщении его письменных показаний. Главное, что в протоколе судебного заседания нельзя будет "что-то пропустить", так как информация будет в его письменных показаниях.

Адвокат Георгий Тер-Акопов

Добавить комментарий

Закрыть меню
Adblock detector